ТУРЦИЯ И ЦЕНТРАЛЬНАЯ АЗИЯ В КОНТЕКСТЕ ИНИЦИАТИВЫ “ОДИН ПОЯС, ОДИН ПУТЬ” ПЕРСПЕКТИВЫ И ВЫЗОВЫ
Китайская инициатива «Один пояс, один путь» (BRI), стартовавшая в 2013 году, за прошедшее десятилетие превратилась в одну из наиболее масштабных геоэкономических стратегий современности. Её цель — создать новые маршруты и модернизировать инфраструктуру, связывающую рынки Азии, Европы и Африки. В этой архитектуре Центральная Азия и Турция занимают особое место: первая — благодаря своему ключевому географическому положению, вторая — благодаря стремлению стать основным транзитным узлом между Востоком и Западом.
Центральноазиатские республики — Казахстан, Узбекистан, Кыргызстан, Таджикистан и Туркменистан — расположены в самом центре сухопутного маршрута BRI, известного как Экономический пояс Шёлкового пути. За последние годы Китай инвестировал в регион свыше 40 миллиардов долларов, создавая транспортные коридоры, логистические хабы и трубопроводы. Особенно выделяется Казахстан, где реализуются такие масштабные проекты, как «Западный Китай — Западная Европа» и международный логистический центр Хоргос. Эти инициативы стимулируют рост экономики, создают рабочие места и укрепляют позиции региона на международной арене. Однако вместе с новыми возможностями приходят и вызовы: долговая нагрузка, особенно в Кыргызстане и Таджикистане, порождает обеспокоенность, а экологические издержки крупных проектов угрожают хрупкой водной экосистеме региона.
На этом фоне Турция действует с собственной стратегической повесткой. Она продвигает так называемый «Срединный коридор» (Middle Corridor) — альтернативный маршрут между Китаем и Европой, проходящий через Казахстан, Каспийское море, Азербайджан и Турцию. Этот путь предлагает более короткие сроки доставки по сравнению с маршрутами через Россию, что особенно актуально после введения западных санкций против Москвы. В 2023–2024 годах Турция активизировала работу по модернизации транспортной инфраструктуры, включая развитие портов Актау и Баку, расширение железнодорожной сети и внедрение цифровых решений в логистике. Объем валового притока прямых инвестиций из Турции в Казахстан за 2023 год составил 434 млн долларов, что на 14,2% больше по сравнению с аналогичным периодом 2022 года (380,1 млн долларов.) и через такие инструменты, как Тюркский инвестиционный фонд, Анкара демонстрирует стремление быть не просто участником китайского проекта, а самостоятельным региональным актором. При этом взаимодействие Турции и Центральной Азии с Китаем носит двойственный характер — с одной стороны, это сотрудничество, с другой — скрытая конкуренция. Китай делает ставку на крупные инвестиции и финансовые инструменты, тогда как Турция использует историко-культурную близость и платформу Организации тюркских государств (ОТГ). Саммит ОТГ в Самарканде в 2023 году и создание Тюркского инвестиционного фонда свидетельствуют о желании тюркских стран укрепить собственную экономическую интеграцию, не ограничиваясь участием в BRI.
Тем не менее, пространство для координации усилий остаётся. Казахстан играет здесь роль связующего звена, участвуя как в BRI, так и в развитии Срединного коридора. В 2024 году в Актау началась реализация проекта мультимодального хаба, который объединит китайские и тюркские логистические маршруты, повысив их эффективность и снизив издержки. Однако на этом пути немало препятствий. Первое — экологические вызовы: масштабные стройки и эксплуатация ресурсов угрожают устойчивости водных и почвенных экосистем. Турция, обладая опытом в области «зелёных» технологий, могла бы предложить устойчивые решения. Второе — геополитическая нестабильность: война на Ближнем Востоке, санкции против России и обострение соперничества между мировыми державами повышают уязвимость транзитных маршрутов. Третье — управленческие и институциональные риски, включая коррупцию и недостаток прозрачности, что подрывает доверие к проектам, особенно в странах с неустойчивыми политическими институтами. В ответ на эти вызовы необходимо сосредоточиться на нескольких приоритетах. Прежде всего — на логистической оптимизации: упрощение таможенных процедур, цифровизация и внедрение единых стандартов значительно повысят эффективность перевозок. Также важна институциональная координация, в которой Казахстан может сыграть ведущую роль, выступая медиатором между Турцией и Китаем. Кроме того, стоит создать площадки для обмена опытом, привлекая международных экспертов и независимые центры компетенций. Наконец, устойчивость развития должна стать главным ориентиром: экологическая безопасность, возобновляемые источники энергии и минимизация ущерба окружающей среде должны быть встроены в каждую крупную инициативу.
В 2025 году становится всё более очевидно: инициативы «Один пояс, один путь» и «Срединный коридор» не исключают, а могут дополнять друг друга. Центральная Азия и Турция, объединив усилия, способны не просто вписаться в китайский мегапроект, но и сформировать собственную стратегию развития, учитывающую интересы региональных государств. Прозрачность, координация, устойчивость и прагматизм — вот принципы, которые позволят превратить конкуренцию в синергию и создать модель успешного евразийского сотрудничества.
Тұралин Есенғазы Мұхаметжанұлы