ЦИФРОВОЙ КОРИДОР ПО ДНУ КАСПИЯ: ЗАЧЕМ АЗЕРБАЙДЖАНУ И ЦА ПОДВОДНЫЙ ОПТОВОЛОКОННЫЙ КАБЕЛЬ

Заявление Ильхама Алиева, сделанное в Мюнхене, о продвижении проекта прокладки подводного оптоволоконного кабеля к восточному берегу Каспия выглядит логичным продолжением ранее запущенных инициатив – Trans-Caspian Fiber Optic Cable Project и более широкой концепции Digital Silk Way. В публичных выступлениях подчёркивается задача соединения Азербайджана с восточным побережьем Каспия (Казахстан) и формирования цифровой связности между Южным Кавказом и Центральной Азией. Фактически Баку предлагает рассматривать Каспий не только как энергетический и транспортный, но и как цифровой коридор, где потоки данных становятся таким же элементом геополитики, как нефть, газ и контейнерные перевозки.

Что за проект и как он устроен

Подводный кабель должен соединить Актау (Казахстан) с азербайджанским побережьем – районом Сумгаита, повторяя логику существующих транспортных маршрутов Среднего коридора. Основной маршрут оценивается примерно в 370–380 км (Актау – Сумгаит), при этом предусмотрен резервный маршрут Курык — Бузовна протяжённостью около 330 км.

Расчётная пропускная способность линии заявлена на уровне порядка 400 Тбит/с, что формирует значительный задел пропускной ёмкости на перспективу роста трафика.

Проект реализуется при участии национальных телеком-операторов — Kazakhtelecom и AzerTelecom, которые создали совместное предприятие CASPINET B.V. для реализации проекта, а также специализированных подрядчиков по строительству подводных сетей. Объём инвестиций оценивается более чем в 50 млн долларов, а плановый ввод в коммерческую эксплуатацию обозначен на 2026 год (в том числе с ориентиром на вторую половину 2026 года).

Важно, что эта линия вписана в более широкий контур Digital Silk Way: идея состоит в том, чтобы соединить азиатские и европейские точки обмена трафиком по маршруту Китай – Центральная Азия – Каспий – Южный Кавказ – Европа, создав альтернативу маршрутам, которые идут через территорию России или по южному периметру через Ближний Восток. В этом смысле Каспий становится центральным сегментом новой цифровой оси, а не периферийной акваторией.

Что выигрывает Азербайджан

Для Баку подводный кабель – это шаг к превращению страны в полноценный «треугольный» хаб: энергетический, транспортный и цифровой одновременно. Если раньше Азербайджан предлагал партнёрам инфраструктуру для перекачки нефти и газа, а также транзита грузов по Среднему коридору, то теперь к этому добавляется возможность агрегировать и перенаправлять международный интернет-трафик. Во-первых, это усиление переговорной позиции. Страна, через которую проходят критические цифровые магистрали между регионами, получает дополнительный рычаг в диалоге с внешними партнёрами – от ЕС до крупных ИКТ-корпораций.

Во-вторых, это новый сегмент экономики: развитие дата-центров, облачных сервисов и платформенной экономики завязано на наличие устойчивых и избыточных каналов связи с низкой задержкой.

Наконец, проект укладывается в азербайджанскую логику «Каспий как пространство под контролем прибрежных стран». Конвенция о правовом статусе Каспийского моря (2018) закрепляет право прикаспийских государств прокладывать по дну моря подводные кабели и трубопроводы. При этом маршрут определяется по соглашению с государством, чей сектор морского дна пересекается кабелем, а не требует обязательного одобрения всех пяти стран. Это создаёт режим, при котором ключевые решения остаются в руках прибрежных государств, а не внешних акторов.

Что меняется для Центральной Азии

Для Казахстана и других стран ЦА подводный каспийский кабель – это способ диверсифицировать маршруты внешнего подключения и снизить зависимость от традиционных направлений через Россию. Новый маршрут даёт: резервирование трафика и повышение устойчивости сетей (важно на фоне геополитической турбулентности); потенциальное сокращение маршрутов передачи данных до европейских узлов; аргумент для размещения дата-центров и ИКТ-инвестиций в регионе. Однако вместе с возможностями усиливается и связка с Азербайджаном: цифровой коридор фиксирует роль Баку как обязательного транзитного звена в сценарии «цифровой Евразии», где Центральная Азия стремится играть более активную роль. В этом смысле проект одновременно расширяет стратегическую автономию ЦА от одних маршрутов и усиливает зависимость от других.

Цифровое измерение каспийской геополитики

Подводный оптоволоконный проект логично вписывается в тенденцию, когда Каспий рассматривается как многослойное пространство, а не просто море с дискуссионным статусом. Слой нефти и газа (трубопроводы и экспортные маршруты), слой физической логистики (порты, паромы, железные дороги), а теперь и слой данных (кабели, точки обмена трафиком) формируют единую архитектуру, в которой Азербайджан пытается быть не объектом, а конструктором.

Для Центральной Азии это означает необходимость мыслить о Каспии в категориях комплексной инфраструктуры, а не отдельных проектов. Совместное строительство подводного кабеля с Азербайджаном – это не только про связь, но и про выбор модели региональной интеграции: через кого идут потоки данных, насколько диверсифицированы маршруты и кто задаёт правила доступа к этой инфраструктуре. В этом смысле инициатива – ещё один шаг к тому, чтобы цифровое измерение стало полноценной частью каспийской геополитики, наравне с энергетикой и транспортом.

Шакирова Меруерт Ертелеукызы